Почему теория и практика экономизма не имеют отношения к марксисткой деятельности?

 

 

 

 

Экономическое сопротивление пролетарских масс, не вполне правильно называемое борьбой, — это стихийный процесс в рамках капитализма, сродни смене погодных явлений в природе. Много ли мудрости в позиции поддерживать дождь, снег или солнечный день? Именно подобной «мудростью» и располагают экономисты (=хвостисты).

Они рассуждают примерно так: сила рабочего класса связана с централизованным промышленным производством, из чего вытекает коллективизм, дисциплина и умение преодолевать трудности, как основополагающие качества, образующие данную силу. Помощь в становлении силы рабочего класса оказывается партией — авангардом класса, вооружённым революционной теорией.

Какие оппортунистические ошибки содержит подобная позиция? Во-первых, централизованное производство, тем более капиталистическое, не способно породить никакой дисциплины, кроме палочной, дисциплины кнута, дисциплины «слепой». Сознательная дисциплина рождается только там, где обеспечено единство воли всех звеньев, где царит добровольное, осознанное подчинение.

Из централизованного промышленного производства может возникнуть «сознательная дисциплина» профсоюзной борьбы, дисциплина стачечников. Но следует ли считать такого рода дисциплину сознательной и тем более пригодной для коммунистической борьбы? Историческая практика миллионами фактов доказала, что организационные формы и навыки экономического сопротивления не пригодны для борьбы за политическую власть. Сознательность такой дисциплины и такого рода организованность качественно ограничены целями стачки, то есть выторговыванием более выгодной цены рабочей силы.

Во-вторых, цеховой коллективизм и умение стойко выносить трудности экономической (пусть и «крупной») «борьбы» не являются сколько-нибудь достаточными для выполнения исторической миссии рабочего класса — окончательной ликвидации эксплуатации человека человеком и строительства коммунизма. Сомнение вызывает их достаточность хотя бы для взятия и удержания власти рабочим классом.

Великая Октябрьская революция — как раз пример того, что даже для взятия и удержания политической власти рабочим классом необходима несколько иная по качеству сила, чем та, которая образуется в результате централизованного промышленного производства. Ленинизм заложил теоретические основы действительно революционного движения тем, что разбил экономизм, суть которого — в преклонении перед стихийностью пролетарского движения, и в основном как раз перед стихийностью явлений, вытекающих из централизованного промышленного производства, в том числе таких, как цеховой коллективизм и профсоюзная дисциплина.

В-третьих, с точки зрения этого экономизма революционная теория должна содержать в себе модель общественного устройства, наиболее отвечающую интересам рабочих централизованного промышленного производства, а революционная практика обязана состоять в развитии тех качеств рабочих, которые образуют его силу как класса. Тогда как общеизвестно, что первая фаза коммунизма есть не общество реализации классовых интересов рабочих, а общество борьбы за уничтожение классовых различий. Известно также, что марксизм представляет из себя науку, а не идеологию, сформулированную на основе классовых интересов рабочих или пролетариата в целом. Теоретическим содержанием марксизма не является модель общественных отношений, отвечающая интересам пролетариата или, например, рабочих. Рабочему классу необходим марксизм как раз потому, что классовые интересы пролетариата не способны привести его к победе над буржуазией. Интерес — это не знающий меры инстинкт непосредственного потребления, возведённый в безнравственную, неразумную абстракцию материального предмета. Интерес по своей природе — практически неосмысленный мотив к деятельности. Классовые интересы порождены стремлением подавить классового противника, заполучить или выжать богатство, которым он располагает. Интересы пролетариата как класса состоят в более выгодной продаже товара «рабочая сила». А частные интересы пролетариев вообще разрушают их объединение в класс в форме перманентной взаимной конкуренции.

Когда же мы говорим о коммунистической борьбе, то имеются в виду не классовые интересы пролетариата или рабочих, а научно обоснованная цель избавления общества от господства интересов в пользу господства объективной необходимости, то есть всемирно-историческая миссия рабочего класса.

Апелляция к классовым интересам пролетариата допустима в том случае, если борьба на их основе приближает пролетариат к борьбе на основе науки, то есть к победе.

Хвостисты же ратуют за то, чтобы увязать борьбу за улучшение условий труда и жизни пролетариата с борьбой за свержение капитализма. Но как конкретно увязать борьбу за зарплату, социальное обеспечение, улучшение условий труда с борьбой за свержение власти капитала? Такая увязка неминуемо пойдёт по пути обещаний. Хвостисты обещают пролетариям с которыми установили связь в практической деятельности, что после свержения власти капитала их жизнь значительно улучшится. Дескать, избавимся от паразитов и заживём зажиточной и счастливой жизнью. В общем и целом, мысль правильная, однако этот подход уже давно продемонстрировал свою историческую ограниченность. Буржуазные политики — чемпионы по самым сладким обещаниям, причём они обещают улучшение жизни, требуя взамен лишь подачу бюллетеней в избирательные урны ли на худой конец выход на митинг протеста, а не тяжёлую революционную борьбу. Позорно это сознавать, но массы уже почти 300 лет съедают эти зачастую пустые обещания, голосуя, и изредка выходя на площади сдёргивать очередных президентов, чтобы посадить очередных ставленников буржуазии. Стало быть, акцент на улучшение материального положения не работает. И не работает даже не потому, что пролетарские массы преступно доверчивы, а в связи с тем, что они не видят реальной альтернативы, в их сознании отсутствует понимание научности коммунистического пути. Партии с коммунистическими названиями проигрывают буржуазии в первую очередь в области идеологической, теоретической формы классовой борьбы, поэтому их обещания и намерения выглядят в глазах масс настолько же несбыточными, как и пустословие буржуазных типичных парламентских политиков.

Хвостисты ратуют также за то, что коммунистическую работу необходимо обогатить практическими знаниями, приобретёнными в ходе профсоюзной или протестной «борьбы». Они верят, что усиление экономического или протестного сопротивления заразит пролетариат коммунизмом, что формы экономического или протестного сопротивления, в том числе и организованного, каким-то неизведанным образом перерастут в борьбу политическую, в борьбу за коммунизм. Идеолог экономизма Попов, например, прямо утверждает, что стачечники сформируют органы советской власти. Это ошибочная позиция и чудовищное искажение ленинизма. Причём экономистская практика последних лет многократно опровергала эту теорию стадий.

Коммунисты должны не развивать экономистские формы, а обеспечивать переход активных групп пролетариата от экономизма, профсоюзничества, синдикализма к борьбе за диктатуру рабочего класса. А это последнее диалектически отрицает «экономическую борьбу». Однако, чтобы добиться этого перехода, необходима серьёзная пропагандистская работа, основанная на высоком теоретическом уровне кадрового состава партии, необходима также ясная модель коммунизма, а не повторение характеристик первой фазы коммунизма СССР, тем более превратно понятных. Буржуазия уже давно оплевала практику строительства коммунизма своими лживыми теориями репрессий, тоталитаризма, имперства и прочего. Буржуазия выработала средства и способы заражения масс устойчивым вирусом антикоммунизма, который вывести можно только мощными победами на идеологическом фронте и высоким научно-организационным авторитетом самой партии.

Всё, что могут пообещать хвостисты разобьётся в толще пролетарских масс о буржуазную ложь о Сталине, СССР, и пролетарское движение остановятся на стадии борьбы за свои непосредственные нужды и демократические права. В этом смысле нужно не гнаться за массовостью, а держать твёрдую линию, охватив организационно наиболее передовые слои, сплотив вокруг себя сначала вполне убеждённое меньшинство. Но, чтобы сколотить это меньшинство, необходима глубокая теоретическая работа, необходима постановка серьёзной, компетентной марксистской пропаганды.

Укрепление партии настоящих коммунистов множит силы работающего (рабочего) класса. Разворачивать вширь необходимо именно марксистскую пропаганду, а не реформизм или призывы к борьбе за интересы и права трудящихся. Только проникновение в сознание пролетариев объективных истин марксизма превращает их из продавцов товара «рабочая сила», то есть из жертв капитализма и бунтарей, в представителей революционного рабочего класса, в рабочих-революционеров, как говорил Ленин.

Борьба за интересы пролетариата является подспорьем для ведения коммунистической пропаганды и некоторым мобилизующим фактором в кризисных условиях до взятия власти рабочим классом. Реализация программы коммунистического строительства гарантирует каждому члену общества, что его потребности будут удовлетворены в полной мере в связи с объективной природой развития каждой личности. Но это положение не принимается трудящимися на веру, необходимо доказать в первую очередь состоятельность партии повести за собой массы, организовать не только взятие власти, но и строительство коммунизма. Рабочий класс — это организованный, руководимый марксистской партией пролетариат и единственная социальная сила, способная реализовать переход от капитализма к коммунизму. Строительство коммунизма — это научно установленная историческая миссия рабочего класса, а не его интерес.

Более того все виды, формы, разновидности политики, кроме борьбы работающего (рабочего) класса под руководством марксистско-ленинской партии за взятие государственной власти с целью построения коммунизма, являются… буржуазными. Повышение МРОТ? Изменение системы начисления зарплат? Понижение пенсионного возраста? Всё это формы буржуазной политики пролетариата.

Формирование буржуазного политического сознания, которое и порождает реформистские требования без реального движения к завоеванию власти и даже без такой цели, процесс вполне естественный. Рабочим и служащим плохо, они страдают, испытывают лишения и притеснения, поэтому коллективно обращаются к уполномоченным представителям буржуазного класса в лице высшего чиновничества со своими просьбами или требованиями. Затем наиболее последовательные развязывают активные протестные действия для принуждения государства или буржуазии к их выполнению, а менее последовательные встают на путь смирения. И это стандартный стихийный процесс внутри капитализма, глубинно завязанный на продаже рабочей силы.

На этот стихийный процесс пытаются оказать влияние две противоположные силы — авангард буржуазии и авангард революционного работающего (рабочего) класса, т. е. коммунисты. Буржуазные силы стараются по двум основным направлениям, на первый взгляд кажущимся взаимоисключающими: 1) склонить пролетариат к «партнёрству», к смирению, к утихомириванию, 2) направить активность пролетариата по пути тред-юнионизма. Второе означает всеми силами и средствами оградить пролетариат от марксизма-ленинизма, от борьбы за взятие политической власти и установление диктатуры работающего (рабочего) класса, сосредоточить внимание и активность на изменениях в границах капитализма.

Марксисты, напротив, убеждают пролетариат в том, что ему необходимо подняться до уровня организации в революционный класс, подняться вместе с тем до уровня осознания объективной необходимости смены капитализма коммунизмом, чтобы вступить на путь борьбы за власть. Марксисты стремятся убедить как можно больше рабочих, служащих и инженеров в необходимости изучать марксизм-ленинизм и организовываться в политическую партию.

Таким образом, самое важное здесь состоит в том, чтобы продуктивно привнести в стихийную пролетарскую активность коммунистическую сознательность, которая вызовет соответствующие действия.

https://prorivists.org/faq/


Не оставляйте шанса оппортунизму, читайте наши статьи против экономизма!

I. «О коренных проблемах пролетарского движения в России».

II. «Платон мне друг, но истина дороже».

III. «Крокодилы летают… но низко-низко».

IV. «Что такое рабочий класс?».

V. «Реаниматорам экономизма или певцам буржуазного подхвостья в рабочем движении».

VI. «Почему я выхожу из РКРП-РПК».

VII. «О солидарности трудящихся на одном печальном примере».

VIII. «О пропаганде в среде промышленного пролетариата».

IX. «К вопросу о классовых интересах».

X. «О революции».

XI. «Протестность и марксизм».

XII. «О выявлении степени эксплуатации и работе с людьми».

XIII. «Диаматика пролетариата и рабочего класса».

XIV. «Любят — не любят?».

XV. «Как агитировать».

XVI. «О съезде Конфедерации Труда России».

XVII. «О борьбе за коммунизм здесь и сейчас».

 

Источник


 

Author: Администратор

Добавить комментарий