«Русский мир» и геополитика

 


До начала вакханалии, связанной с распространением нового вируса, центральной темой для обсуждений было изменение Конституции РФ. Только ленивый не высказывался, что Путин меняет Конституцию под себя, создавая для себя «запасной аэродром» в виде Госсовета, дублирующего полномочия Президента, с одной стороны, и обнуляя сроки, с другой стороны. Сами же поправки к Конституции по большей части повторяют нормы федеральных законов, а в целом декларируют утверждение в России так называемого социального государства. Кроме того, новые правки содержат множество «предложений снизу», в том числе реверанс в сторону клерикалов с упоминанием бога, а в статье 68 о государственном языке теперь провозглашается, что

«государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык как язык государствообразующего народа, входящего в многонациональный союз равноправных народов Российской Федерации».

То есть реверанс в сторону националистов, которые всё жаловались, почему в Основном законе никак не подчеркивается превосходство русских над всеми прочими национальностями.

В этой связи среди членов Рабочей группы по внесению поправок в Конституцию имелся один особенно интересный персонаж — В. Никонов, председатель правления фонда «Русский мир» и внук Вячеслава Михайловича Молотова. В прошлом месяце он выступил с интервью, где, кроме всего прочего, высказал следующее:

— Вы как-то сказали, что Конституция 1993 года появилась с родовыми травмами. А Сталинско-Молотовская была травмирована?

— Ну, конечно, сталинская была изначально травмирована. В ней была заложена диктатура пролетариата. Эта родовая травма режима, правда, шла ещё от 1917 года.

Как видно, иногда природа отдыхает не только на детях талантливых людей, но и на внуках…

Итак, фонд «Русский мир», что это за контора? На сайте сообщается, что

«Фонд реализует комплекс международных учебно-образовательных и просветительских программ гуманитарной направленности, а также уделяет особое внимание организации и проведению акций, конкурсов и олимпиад как средству повышения интереса к углубленному изучению русского языка, культуры, истории, привлечения к сотрудничеству и взаимодействию компетентных, активных, творчески мыслящих представителей Русского мира».

Казалось бы, ничего особенного, очередные филантропы. Но, конечно, всё не так просто. «Русский мир» — это не только, да и не столько фонд, занятый культурологическими мероприятиями, это политическая организация, разрабатывающая и внедряющая новый идеологический концепт для буржуазного государства.

Толчком к возникновению идеологии «русского мира» его основатели называют Послание Путина к ФС от 2007 г., в котором он озвучил следующее:

«В этом году, объявленном Годом русского языка, есть повод еще раз вспомнить, что русский — это язык исторического братства народов и язык действительно международного общения. Он является не просто хранителем целого пласта поистине мировых достижений, но живым пространством многомиллионного Русского мира, который, конечно, значительно шире, чем сама Россия».

Реакция услужливых интеллигентов была мгновенная, и спустя всего два месяца после этого заявления был оперативно сколочен тот самый фонд «Русский мир». Примечательно, что сперва учредили фонд, а потом уж начали разбираться, что же это за зверь такой чудной «русский мир», для чего был проведен ряд «круглых столов» с участием различных «экспертов», представителей культуры и общественности.

В своей статье «Не воспоминание о прошлом, а мечта о будущем» упомянутый выше Никонов пишет:

«Русский мир — это цивилизация и как цивилизация шире этносов и наций, территорий, религий, политических систем и идеологических пристрастий. Русский мир полиэтничен, поликонфессионален и полисемантичен. Это глобальный феномен, который не может быть описан однозначно каким-то одним определением. Для себя мы считаем, что Русский мир — это Россия плюс русское зарубежье. А ментально — все, кто осознает свою вовлеченность в Русский мир. И в этом смысле принадлежность к нему — самоощущение. То есть, на наш взгляд, Русский мир — это люди, которые ощущают себя принадлежащими к этому миру, с одной стороны. С другой стороны, люди, которые проявляют искренний интерес к России. <…> Русский мир — это самостоятельная цивилизация, которая способна нести идеалы, прежде всего вырабатываемые внутри самой страны. Было бы очень хорошо, если бы эта цивилизация несла миру идеалы свободы, достоинства, справедливости, суверенитета, взаимного уважения государств, веры, традиций».

Итак, по Никонову «русский мир» — это цивилизация, экспортирующая в другие страны свои идеалы. (В скобках заметим, что в дебатах часто употребляется определение «русского мира» как некоего объединения всех русскоговорящих людей мира, или не говорящих, но тяготеющих к русской культуре. Вообще, общепринятого определения «русского мира» нет, существует несколько «теоретических школ», оперирующих данным понятием. Пожалуй, я не ошибусь, если назову самой популярной из этих «школ» геополитическую, основателем которой является матёрый фашист Дугин. И это не случайно, ибо концепция «русского мира» прекраснейшим образом «ложится» на геополитику, прямо как масло на хлеб, позже мы это разберем). Какие конкретно идеалы должен нести в себе «русский мир», «эксперты» внятно сформулировать так и не сумели, но что-то нести обязательно должен.

Таким образом, адепты «русского мира» используют так называемый «цивилизационный подход», отрицающий формационную теорию. Что же такое цивилизация? В статье «Русский мир: понятие, принципы ценности, культура» руководитель европейских программ фонда «Русский мир» А. Громыко (и снова внук, на этот раз А.А. Громыко) определяет цивилизацию как

«спрессованный исторический опыт больших человеческих сообществ, воплощенный в образе жизни, культуре быта и общения, менталитете и мироощущении, ценностных предпочтениях и приоритетах».

Что же такое «мир» с его точки зрения? Это крупная общность, привязанная к определенной территории и «линейке времени», которая является носителем «великой культуры».

«Великая же культура, — поясняет Громыко, — это не просто высококачественные произведения материальной и духовной культуры, это такая культура, которая общепризнана в мировом масштабе, не является имитационной, которая вышла далеко за национальные рамки, оказала влияние на развитие других культур».

Таким образом, «мир» — это определенная общность, а «цивилизация» — исторический опыт одной или нескольких общностей. Очевидно, весь огород с «мирами» и «цивилизациями» городят с той лишь целью, чтобы избежать и замолчать научное определение нации, сформулированное классиками марксизма. Выдумывание на зыбкой почве идеологии явлений шире нации (как у Никонова: «цивилизация шире этносов и наций») — сущая нелепица.

Нацию определяют по трём основным признакам.

Первый признак — это общность территории населения, составляющего собой нацию. Однако же общность территории сама по себе нацию еще не дает. Необходима устойчивая экономическая взаимосвязь территорий. Здесь яркой иллюстрацией нам может послужить история колониальных стран, например, история Америки: первоначально американский народ состоял, главным образом, из английских колонизаторов, однако же, через несколько поколений колонизаторы перестали уже отождествлять себя с английской нацией и, будучи организованными американской буржуазией, провозгласили свою независимость от Англии. Почему же так произошло? Потому что была разорвана экономическая связь между Англией и Новой Англией, как именовали американскую колонию, точнее сказать, эта связь обрела паразитический характер: колония снабжала метрополию товарами и золотом, а взамен не получала ничего, кроме разве что новых начальников, и посему не испытывала ни малейшей потребности иметь над собою метрополию. Вместе с тем и сама американская нация была бы немыслима, если бы на ее территории отсутствовала общность экономической жизни.

Второй признак нации — общность языка. Как мы знаем из легенды о Вавилонской башне, чтобы организовывать вместе некую слаженную деятельность, необходимо, чтобы люди могли друг друга понимать.

Далее, третьим признаком является общность культурно-психологического склада. Данное понятие — несколько как бы ускользающее от нашего взора, а посему может сложиться впечатление, что это в большей мере спекулятивный элемент. Но ведь следует согласиться, что немец — это не англичанин, а русский — далеко не американец. Поэтому национальные черты характера, национальную психологию, культуру и привычки мы не можем сбрасывать со счетов.

Итак, наиболее ёмкое определение нации звучит так:

«Нация есть исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры» (Сталин).

Понятое дело, нация включает в себя и исторический опыт народов, «цивилизацию» по терминологии русскомировцев. Однако они намеренно расширяют понятие нации, раздувают его идеологическим содержанием до целого «русского мира». Здесь явно скрываются какие-то политические цели.

Рассмотрим, какие задачи ставят перед собой адепты «русского мира». Руководитель управления региональных программ фонда «Русский мир» Г. Толорая на «круглом столе», прошедшем 19 марта 2010 г., высказался на этот счет таким образом:

«…Надо самим себе отдавать отчет, зачем, собственно, мы формулируем идеалы и принципы Русского мира. Наш реальный идеал и цель — укрепление позиций нашей цивилизации в глобальной конкуренции. Для этого нужен привлекательный имидж».

Более определенно на том же «круглом столе» высказался другой деятель, А. Козырев, заявивший, что

«первостепенная задача Русского мира — это экспансия русской культуры, русского присутствия в различных странах, в различных языковых пространствах».

Вот как. В безвинных, казалось бы, разговорах про культуру и язык вдруг выскакивают такие агрессивные понятия, как «конкуренция» и «русское присутствие»! Не случайно концепция «русского мира» родилась именно в 2007 году, когда в России закончилось формирование общества монополистической фазы капитализма и наиболее влиятельный клан олигархов, сплотившись вокруг путинской команды, предъявил западным «партнерам» права на свою долю от мирового «пирога».

Молодому российскому империализму понадобился новый идеологический инструментарий, с помощью которого можно будет эффективно манипулировать сознанием масс, внушать им, почему необходимо вести войну против того или иного государства. И фонд «Русский мир», собственно говоря, занят тем, что выковывает идеологическое орудие для империализма РФ.

«Русские, надо отдавать себе в этом отчет, это нация войны. Вся история русских создавалась армией и создавалась войной».

Это заявление участника «круглого стола», телеведущего и «левого» политика М. Шевченко. Он прозрачно намекает молодым русским пролетариям, что они должны быть готовы, когда прикажет буржуазно-олигархическое государство, отправиться в очередную «горячую точку» и героически превратить себя в фарш во имя интересов… «русского мира»!

Между прочим, вопреки фантазиям фашистов, русские как раз довольно миролюбивый народ по сравнению с теми же европейцами. Именно европейцы, а не русские, организовали четыре «крестовых похода», истребляя народы по религиозному признаку; европейцы, а не русские, спровоцировали Столетнюю и Тринадцатилетнюю войну, а затем Первую и Вторую мировые войны. Вообще история Европы — это история нескончаемых войн одних «великих» держав с другими за земли и колонии. Русские же воевали неохотно, покорение других народов никогда не вызывало у народных масс восторга; подлинно воинственный дух разгорался в них лишь тогда, когда захватчик вторгался на родные земли. Так что называть русский народ нацией войны исторически недостоверно.

«Русская суть, русская природа — это экспансия во всех формах, не только в военных, — продолжает фантазировать Шевченко, но затем, спохватившись, добавляет: — Слава богу, война уже никому не нужна».

Право, меня так умиляет, когда политологи, социологи, философы, журналисты, телеведущие и прочие проходимцы на голубом глазу уверяют нас, что войны, дескать, никому не нужны! А то, что сейчас льется кровь на Донбассе, полыхает Сирия, Ливия, Йемен, Афганистан… — это всё как бы не считается! Война никому не нужна!

Война есть политика, продолженная вооруженным путем. А политика эксплуататоров, в свою очередь, есть концентрированное выражение экономики. Экономические отношения по сути своей являются эгоистическими, т.е. представляют из себя диктат в психике каждого человека стремления к односторонней выгоде, как правило в ущерб окружающим. Всякий раз, когда экономист, политолог и прочий платный «эксперт» глубокомысленно произносит сочетание «экономический интерес», у себя в голове нужно переводить «эгоистический интерес».

Каждый человек вынужден конкурировать с другими людьми, бороться за рабочее место, за клиента, за выгодный контракт…Сильный «пожирает» слабого, обрекая того на разорение. Совершенно естественным путем, вопреки школьным учебникам по обществознанию, свободная конкуренция производителей приводит к монополизации рынка, образованию финансовой аристократии — власти в руках самых жестоких, хитрых и эгоистических представителей рода людского. А дальше уже начинается та же самая рыночная конкуренция, т.е. война всех против всех, но уже на уровне буржуазных государств.

Какая страна сейчас самая воинственная? Разумеется, США, потому что именно в США самый сильный и прожорливый финансовый капитал. В сравнении с США буржуазная РФ значительно миролюбивее. С объективной стороны это вызвано тем обстоятельством, что рыночная РФ значительно уступает по экономической и военной мощи Штатам, а потому прямое столкновение для нее является пока нежелательным сценарием. С субъективной же стороны сдерживание агрессии империализма РФ происходит из-за того, что российский эксплуатируемый класс представляет собой бывших советских людей, в которых ещё живы антивоенные и миролюбивые мотивы. Буржуазия побаивается вызвать военной авантюрой серьёзное отторжение у обывателя и даже протест, поэтому старается реализовать своё международное влияние через более-менее справедливую внешнюю политику.

Поскольку идеология «русского мира» является идеологией буржуазной, постольку одной из главных её задач является умаление марксизма. Идеология «русского мира» нужна прежде всего для отвержения классовой теории и установления национализма. Тот же Шевченко, как натуральный политический шизофреник, заявляет, например:

«И памятник советскому солдату посреди Вены, и этот мемориал антисоветски настроенных казаков Краснова в Линце в равной мере трогают мое сердце».

Его не волнует, что советский солдат сражался не за денежные мешки олигархов, а за свое, родное социалистическое Отечество, за коммунизм, который в конечном счете избавит всё человечество от ужасов войны. Тогда как красновские казаки сражались за интересы империалистов Антанты, за право капиталистов и кулаков грабить русских рабочих и крестьян, были предателями родины! Всплакнет ли сердобольный Шевченко над безымянными могилами тех десятков тысяч русских, которых расстреляли, зарубили шашками и замордовали бравые казаки-белодельцы? А потом пойдёт плакать к могилам беляков?

Общую суть «русского мира» можно выразить в лозунге «Русские всего мира, объединяйтесь вокруг Российской Федерации»… в борьбе за интересы российской олигархии.

Существует также версия, так сказать для внутреннего пользования, которая служит идеологическим инструментом для сплочения пролетарских масс с капиталистами, т.е. эксплуатируемых со своими эксплуататорами. Так, Ксенофонтов в статье «Русский мир и глобализм» заявляет:

«Русская идея может выступить в определенном смысле как тот или иной идеал либо различные идеалы, которые сплачивают всё общество, прежде всего народные массы. Такими идеалами на определенных исторических и политических этапах нашей страны выступили: идеал Святой Руси, идеал сплочения русских земель во главе с их центром — Москвой, идеал спасения Отечества от внешних врагов. Идеалы такого политического содержания представляли собой образец совершенства, высшую цель устремления народа, его наиболее прогрессивных и сознательных носителей».

Давайте обратим внимание на культуру, о которой так любят рассуждать члены фонда «Русский мир». Что рыночная РФ может предложить миру в культурном плане? Постановки Ромы Виктюка? Ментовские сериалы? Книжки Донцовой? Хиты группы «Ленинград»? Что? Могут вспомнить Эрмитаж, Большой театр, но, во-первых, заслуга РФ здесь разве только в том, что картины Эрмитажа не распродали, а здание театра не отдали в аренду предпринимателям; во-вторых, данные учреждения регулярно сотрясают скандалы: то артисту в лицо плеснут кислотой, то подлинник картины пропадает, то деньги на реставрацию разворуют. Придется признать, культура РФ ничем качественно не отличается от культуры любой капиталистической страны: такая же чернуха и порнуха, а экономических мощностей для навязывания своей культуры другим странам, как это делают США со своими «блокбастерами», у РФ сильно недостает.

Перейдем теперь к связи «русского мира» с геополитикой. В своей старой статье я разбирал сущность геополитики. Общая концепция данного учения в следующем. Государство представляется живым организмом, где нация — душа, а территория — тело. Как всякий живой организм, государство нуждается в жизненном пространстве, а значит, экспансия является неизбежным и естественным стремлением всякого государства, и чем больше территорий будет захвачено, чем больше народов покорено — тем лучше. Как учил один из основателей геополитики Р. Челлен:

«Так же как любой крупный капитал стремится к росту, любое крупное государство стремится к росту».

При этом народы делятся на «высшие» и «низшие». «Низшие» народы, якобы из-за своей неполноценности, не могут образовать национальное государство, а значит, должны быть подчинены «высшими» народами. Главным законом геополитики служит «фундаментальный исторический дуализм» цивилизаций Суши и Моря, которые ведут извечную борьбу друг против друга. Дескать, это не императоры, цари, кайзеры, султаны и демократические президенты, следуя интересам правящего эксплуататорского класса, развязывают войны, а это просто цивилизационный антагонизм! Суша и Море враждуют между собой, что же тут поделаешь! Стоит ли удивляться, что геополитика пришлась ко двору фашистской Италии и Германии, где почиталась как великая наука.

Геополитическое учение родилось и развивалось в конце XIX — начале XX вв., когда капитализм перешел в свою высшую фазу, империализм, и готовился передел мира. В то время, когда массы еще не успели испытать на своей шкуре химические атаки, свинцовый дождь пулеметов и взрывы мин, идеологи империализма могли себе позволить выражаться с солдатской прямотой, потому-то геополитики не скрывали людоедскую сущность своей новой «науки». Но после ужасов Первой и особенно Второй мировой войны обывателей всё сложнее загонять в окопы, играя на патриотических (националистических) чувствах. Под влиянием в том числе коммунистической пропаганды массы постепенно приходили к мысли о том, что наличие в социальной практике войн, тем более империалистических, является дикостью. В этих условиях геополитики и прочие апологеты рыночных отношений были вынуждены несколько сменить риторику. Так возникло новое направление геополитики, которое старательно открещивается от милитаризма и национализма, стараясь представить себя публике гуманным и миролюбивым учением. Если «классическая» геополитика открыто обслуживает правящий класс, как выражается Дугин: «геополитика — это мировоззрение власти, наука о власти и для власти», то новая, «гуманная» геополитика предназначена для «черни», чтобы всякие «эксперты» по телевизору внушали народу нужные капиталистам идеи о «русском мире» и проч.

После того как в буржуазной РФ полностью сложился государственно-монополистический капитализм, возник спрос на свою, русскую геополитику. Дугина и Ко мы разбирать не станем, а лучше обратим внимание на представителей «гуманной» геополитики.

Так, некто Хорхордин в статье «От геополитики конфликта к геополитике консенсуса», справедливо указывая на экспансионистскую, хищническую сущность данной концепции, пишет следующее:

«Традиционная геополитика глуха к нравственным критериям, и в первую очередь к общечеловеческим нормам нравственности, поскольку в ее основу положен или узко понимаемый „национальный“, или групповой эгоистический интерес, достичь которого стремятся за счет других. Мышление, проникнутое „образом врага“, является порождением и, в свою очередь, подкреплением воинствующего невежества. „Образ врага“ — одно из главных препятствий на пути к диалогу и общению, он категорически исключает возможность цивилизованного международного общения и сотрудничества, ведь сосуществование с «врагом» просто невозможно и морально порочно».

Порочность геополитики, с точки зрения автора, состоит в том, что она безнравственна, что она не рассматривает человека как самоценность. Действительно, геополитическое учение рассматривает человека, общество как просто клеточки государства-живого существа, а уж такие категории, как «социальный прогресс», «гармония», «счастье», «эмпатия» в ней принципиально отсутствуют. Но и это крайне поверхностный взгляд.

Различные деятели обвиняют марксизм в бесчеловечности за указание на то, что общество расколото на антагонистические классы, с точки зрения этих «гуманистов» классовую борьбу придумали злобные марксисты, чтобы расколоть общество и посеять в нем вражду. Но социальные классы существуют объективно, нравится это кому-то или нет, и нужно быть в высшей степени зашоренным человеком, чтобы не замечать классовой борьбы, клокочущей, словно вулкан, и захлестывающей собою все общество!

Когда наёмный работник вынужден проходить унизительную процедуру собеседования, чтобы в итоге менеджеры-надзиратели выжимали из него соки за денежную подачку, которой хватает ровно на месяц. Когда во время очередного капиталистического кризиса буржуазное правительство спешно перекачивает деньги в карман финансовой олигархии, чья непомерная жадность и провоцирует кризисы, а трудящимся массам предлагают «потуже затянуть пояса», а когда возмущенные массы выходят на улицы — демократическая полиция избивает их дубинками и травит слезоточивым газом. Наконец, когда собирают «с миру по нитке» на лечение очередного больного ребенка вместо того, чтобы обеспечить бесплатную медицинскую помощь всем больным, и детям и взрослым. И многое другое. Всё это классовая борьба, классовый антагонизм, суть которого в том, что никчёмная кучка, менее 1% населения, узурпировала средства производства, ресурсы.

Общественные законы для каждого отдельного человека столь же объективны, как законы природы, и марксизм раскрывает эти законы. Смешны брюзжания либеральных интеллигентиков, отрицающих познаваемость общества, хотя сами же, опираясь на либеральные концепции типа «общественного говора» и на труды «ниспровергателей» марксизма, претендуют на познание общества! Какой вообще смысл строить какие-то планы, о чем-то думать, если общество непознаваемо, а, следовательно, жизнь человека ничем принципиально не отличается от существования животного?

Так вот, порок геополитики не в том, что она «глуха к нравственным критериям», а в том, что понятия, которыми она оперирует, являются ложными, они скрывают и затушевывают реальную классовую борьбу и частную собственность — истинную причину всех войн на земле.

Никаких конкретных рецептов по «гуманизации» геополитики сердобольный г. Хорхордин не предлагает, а лишь сетует, что представители этого учения не участвуют в миротворческих конференциях ЮНЕСКО. Можно подумать, если бы геополитики заседали на конференции и с умным видом ляпнули бы какую-нибудь глупость, то их хищническое учение тут же стало бы травоядным!

Забавны также утверждения, что выживание и развитие человечества обеспечит распространение идеалов ценностей «культуры мира». Ну давайте сделаем так, чтобы во всех университетах с каждой кафедры доносились пацифистские речи, а в каждом храме попы несли службу о мире во всем мире — это наверняка поможет! Хорхордин не понимает, что проблема не в «образе врага», не в культуре и не в идеях — словом, не в политической надстройке, а в экономическом базисе: все страны и народы, будучи субъектами рынка, противопоставлены друг другу как конкуренты. Ну а как гласит известная капиталистическая «мудрость»: хороший конкурент — мертвый конкурент. И тут профессорские речи и проповеди попов ничем не помогут.

Войны являются прямым порождением звериных отношений частной собственности, и конец войнам положит не очередное заседание мирной конференции, а преодоление оных отношений в обществе, т.е. строительство коммунизма во всемирном масштабе.

Хорхордину, как видно, не удается отмыть этого черного кобеля, и на выручку спешит другой сторонник «геополитики с человеческим лицом», Н. Розов, со своей статьей «Геополитика как наука: отменить нельзя развивать».

Как поступает Розов? Во-первых, он делает хитрый финт ушами, отсекая «неудобных» геополитиков вроде Дугина и М. Шевченко, объявив их маргиналами и проходимцами, «использующими геополитический дискурс как новую мифологию, символ веры или риторическое оружие». Во-вторых, он говорит: вам, господа либералы, не нравится геополитика? но войны, конфликты и территориальные споры никуда не делись, а значит, без геополитики обойтись не получится!

«”Отменить” геополитику — значит отказаться от обсуждения вопросов контроля над территориями и закономерностей, механизмов изменения этого контроля. Значит отдать всю эту сферу исключительной значимости империалистам, шовинистам, приверженцам войны и агрессии», — заявляет Розов.

Далее он разделяет геополитику на пять разных частей: 1) реальность, 2) взгляд на мир, 3) идеология, 4) научная дисциплина, которая делится на фундаментальную и прикладную. Он расписывает различия между этими пятью пунктами и, в частности, заявляет:

«Будете смеяться, но геополитика как реальность старше не только государств, но даже человека и человечества. Ведь речь здесь идет о контроле над территорией, о защите территории, о борьбе за территорию, а это одна из важнейших сторон поведения животных, причем отнюдь не только „высших“».

Да, я буду смеяться, потому как Розов сморозил чушь. Получается, у нас тогда и волки геополитики и даже сорняки… Розов не понимает или делает вид, что не понимает, что всякая политика, в том числе и «гео», не могла возникнуть раньше государства.

Что такое политика? Политика есть форма общественной практики, системы институтов и идей, порожденных всеобщей перманентной борьбой носителей экономических (эгоистических) интересов. Политику, таким образом, следует понимать как процесс бесконечного пожирания классов друг другом и одновременно сдерживания их от полного взаимоуничтожения. Дело не в каких-то законах природы, на которые очевидно намекает Розов, а в отношениях частной собственности, хоть и сами эти отношения по своему происхождению являются атавизмом животного мира в психике, из которого вышел человек.

Розов порицает «геополитику-идеологию», сравнивая ее с алхимией и астрологией, и противопоставляет ей «геополитику-науку»:

«Ни один из вопросов международных отношений не решается без учета контроля над территориями, то есть геополитики [т.е. эдакой инструкции для надзирателя! – Р.О.]».

Признавая высочайшую конфликтность современного общества и неизбежность войн между капиталистическими державами, Розов заверяет, что всякому дальновидному политику-геостратегу на самом деле намного выгоднее торговать и сотрудничать с другими странами, чем порабощать и разорять их, а посему задача геополитики — сохранение мира и обеспечение гармонии во всем мире:

«Действительно, только на фейковой геополитике-идеологии может основываться столь странная геостратегия, когда все делается ровно наоборот: вместо скромности — аннексия и ухарские прожекты дальнейшей территориальной экспансии, вместо прочных союзов с влиятельными державами — вражда с ними, чреватая насилием и войной, дальние авантюры с проблемной логистикой, попадание в политико-экономическую изоляцию, потеря прежних союзников из числа соседей, которые опасаются стать очередными жертвами экспансии».

Короче, мир, дружба, жвачка. Попробовал бы Розов поведать это американским геополитикам, думаю, они хорошенечко посмеялись бы над этим наивным русским, особенно покойный Бжезинский! Очевидно, Розов пытается выступать идеологом немонополистической буржуазии, для которой «ухарские прожекты» невыгодны, так как материальные издержки возлагаются на нее, а плоды пожинаются олигархией и высшими чиновниками.

Если Хорхордин потчевал читателя поповской проповедью про человеколюбие, то Розов, руководствуясь меркантилизмом, старается убедить нас, что войны — это попросту невыгодно, а современная геополитика служит исключительно инструментом защиты территории, будь то внешняя агрессия или внутренний сепаратизм. Но проблема в том, что если изъять из геополитики ее хищническое нутро, национализм и шовинизм, если отменить «законы», на которых строится эта концепция (государство-живой организм, дуализм Суша-Море, «принцип Большого пространства»), то от нее, собственно, ничего не останется. Так что, какие бы хитроумные словесные кульбиты не совершали господа геополитики, но отмыть этого фашистского кобеля им не удастся.

Идеология «русского мира» и российской геополитики, очевидно, развивались параллельным друг от друга курсом, но перед нами тот случай, когда две параллельные прямые сходятся и это схождение было абсолютно логичным. Идеологи «русского мира», мечтающие о культурной экспансии России, но стесняющиеся экспансии обычной, встретились с геополитиками, мечтающими о «великой России», но не знающими, как завернуть империализм в привлекательную для обывателя обертку, служат идеальным дополнением друг другу.

В практической плоскости, продемонстрировав всю свою антинародную сущность, «русский мир» проявил себя в войне на Донбассе. Нужно сказать, восстание дончан носило ярко выраженный антиолигархический характер, многие активисты были просоветски настроенными людьми, на ДНРовских митингах часто мелькало советское знамя и флаги левых организаций, первоначальный проект конституции ДНР можно было назвать вполне просоциалистическим. Естественно, местная и российская буржуазия, поддержавшая донбасское восстание, не могла мириться с перспективой возникновения социалистической республики. И тут на сцене как нельзя кстати появились русскомировцы. Они принялись активно выживать коммунистов, левых активистов и ополченцев из идейного поля. Просоциалистическую конституцию подковёрно убрали, обещанная национализация основных средств производства была замята, собственность олигархов, даже «проукраинских», осталась неприкосновенной. Новые власти брали под свой контроль лишь те предприятия, руководство которых сбежало. Русскомировцы принялись агитировать, дескать, вот проведем референдум по самоопределению и Донбасс вольется в лоно родной России-матушки. Когда же Путин референдум не признал, они, вертясь, словно ужи, уверяли, что на самом-то деле Путин референдум признал, это такой хитрый план, русские своих не бросают, потерпите немного…

Когда ополченцы нанесли тяжелый удар по укрармии, организовав дебальцевский котел, Путин за спиной у народа Донбасса организовал подписание «минских соглашений», которые означали фактическое принуждение ЛДНР к капитуляции. И адепты «русского мира», эти якобы радетели за русских всего мира, лгали народу и ополченцам, принуждая сложить оружие, дескать, Путин не «сливает» Донбасс, это такая «многоходовочка» и т.п.

Когда был нанесен еще один удар по воякам ВСУ в виде иловайского котла, РФ вновь предала народ ЛДНР, насильно посадив ополченцев за стол переговоров с врагом, склоняя их к капитуляции. Украинская армия находилась в жалком состоянии, боевой дух был ниже плинтуса, тысячи солдат дезертировали или переходили на сторону ополчения, достаточно было нанести еще пару решительных ударов и армия начала бы разваливаться. Но российским олигархам не нужна была победа Донбасса, они испугались размаха народного движения, испугались, что не удастся удержать антиолигархические настроения масс и последствий конфликта с США. Тогда вновь выскочили всякие Дугины и принялись разъяснять про очередную «многоходовочку».

Нужно отметить, что РФ оказывала материальную и военную поддержку ЛДНР, в том числе из-за страха перед своим пролетариатом, который однозначно поддержал «народные республики», и бездействие властей РФ могло вызвать сильное недовольство и возмущение.

Сложно сказать, смогла ли бы гипотетическая донбасская социалистическая республика завоевать право на существование и выжить в условиях блокады, которую ей непременно организовала бы как Украина, так и РФ, но очевидно одно — если бы народ Донбасса не купился на сказочки «русского мира», продолжив свою борьбу, он выступал бы как субъект, а не объект политики, он заставил бы всех хорошенько считаться со своими интересами, а так народ превратился в разменную монету геополитических игрищ.

Таким образом, идеология «русского мира» была призвана идейно обслужить процесс борьбы населения Донбасса с киевским режимом. Она сыграла свою роль в этом процессе вместо марксизма, который никто не смог адекватно внедрить в сознание даже части пролетариата на Донбассе за двадцать лет после краха СССР. Очевидно, что россказни адептов «русского мира» про единство русских, идеалы Святой Руси и т.п. на практике оказались пустышкой, потому что РФ предала Донбасс «минскими соглашениями», руководствуясь вовсе не идеями «русского мира», а экономическими интересами правящего класса и игрой в противостояние с Западом.

Любой человек, тем более патриот, мечтающий о богатой, сильной и счастливой России должен быть коммунистом или как минимум сочувствующим коммунизму. Потому что только торжество коммунизма, т.е. научного, а следовательно, гармоничного общественного устройства, способно обеспечить подлинную независимость и процветание стране.

Устами тысяч журналистов, экономистов, докторов философии и прочих мелких жуликов массам внушаются мысли, будто рынок — это совершенный саморегулирующийся механизм, обеспечивающий максимально эффективное функционирование производства. Это фантастическая по своей наглости ложь. В реальности рынок чудовищно неэффективен по сравнению с научным планированием, он не саморегулируемый, а саморазрушаемый, и выживает эта убогость сегодня только благодаря усилиям чиновников и кризис-менеджеров. Рынок — это вынужденный аскетизм миллионов пролетариев, ибо капиталу необходима дешевая рабочая сила, готовая работать за гроши. Рынок — это неразумная, расточительная трата ресурсов, включая ресурс рабочей силы, когда производится не то, что реально необходимо обществу, а то, что приносит большую прибыль. Рынок — это резкие, оглушающие кризисные падения, сопровождаемые массовым уничтожением товаров и средств производства, и медленные, кратковременные подъемы. Рынок — это нищета, голод, невежество, мракобесие населения стран «третьего мира», из которого высасывают соки страны «первого мира». Рынок — это бесконечные войны за ресурсы и рынки сбыта.

При нынешнем развитии средств производства, достижениях науки и техники можно без особых затруднений обеспечить все условия для гармоничного развития всех людей Земли. Но преградой этому служит капитализм с его рыночной хозяйственной анархией.

Вот почему каждый порядочный, не торгующий совестью человек должен быть коммунистом или сочувствующим коммунизму.

Адепты «русского мира», надо признать, не выступают открыто против марксизма, против советского прошлого и осуждают «переписывание истории». Например, упомянутый мною Ксенофонтов пишет:

«Так, ныне появились публикации, в которых предатель Родины генерал Власов преподносится в ореоле мученика, ведущего борьбу с тоталитарным режимом, героической личностью периода боев под Москвой в годы Великой Отечественной войны. Однако подобная позиция не соответствует исторической правде, о чем свидетельствует ряд источников».

Сдержанность и определенная симпатия к советскому периоду объясняется тем, что у рыночной РФ, строго говоря, нет своих собственных достижений, которыми можно гордиться патриоту, поэтому приходится паразитировать на достижениях СССР. С другой стороны, в народе сохранилось теплое ностальгическое воспоминание о советском периоде, несмотря на тонны лжи про «сталинские репрессии», «победе вопреки» и спекуляции на тему дефицита, поэтому буржуазия действует по логике «не можешь победить — возглавь».

Можно сказать, что за тридцать лет у населения выработался своеобразный иммунитет против махровой, геббельсовско-солженицынской антисоветчины, поэтому адепты «русского мира» предпочитают высказываться о СССР в нейтрально-позитивном ключе.

«Русский мир» есть мягкий, стыдливый национализм, такой же стыдливый клерикализм (постоянные отсылки к православию как духовному началу русского народа), он призван «консолидировать общество» и сплотить русских по крови и духу во всем мире вокруг олигархии РФ, помочь российскому империализму занять на мировой арене то место, какое он для себя присмотрел.

Р. Огиенко
11/04/2020

Author: Администратор

Добавить комментарий