История троцкизма
19-05-2016

История троцкизма

 

 

 

 

ТРОЦКИЗМ — идейнополитическое мелкобуржуазное течение, враждебное марксизму-ленинизму и международному коммунистическому движению, прикрывающее свою оппортунистическую сущность леворадикальными фразами.Возник в начале XX века как разновидность меньшевизма в РСДРП. Название получил по имени идеолога и лидера Л. Д. Троцкого (Бронштейна, 1879—1940). Теоретические истоки троцкизма — механистический материализм в философии, волюнтаризм, схематизм в социологии.

Субъективизм, характерный для мелкобуржуазного мировоззрения в целом, составляет методологическую основу троцкизма. Являясь отражением антипролетарских взглядов мелкобуржуазных слоёв населения, троцкизм характерен антикоммунистическою направленностью политических позиций, резкими переходами от ультрареволюционности к капитулянтству перед буржуазией, непониманием диалектики общественного развития, догматизмом в оценках событий и явлений общественной жизни. Взгляды и установки троцкизма были противопоставлены ленинизму по всём основным вопросам стратегии и тактики рабочего движения.

Отправной точкой троцкизма является непризнание ленинского учения о партии нового типа. На II съезде РСДРП (1903) Троцкий выступил в поддержку формулировки Л. Мартова по § 1 Устава, которая открывала путь в партию неустойчивым элементам. В вопросе о диктатуре пролетариата — важнейшем положении Программы партии, он утверждал, как и лидеры II Интернационала, что диктатура станет возможной лишь тогда, когда социал-демократическая партия и рабочий класс будут наиболее близки к отождествлению, а рабочий класс составит большинство нации.

В годы Революции 1905—1907 троцкисты, извратив идею К. Маркса о перманентной революции, выдвинули свою «теорию перманентной революции», противопоставив её ленинскому учению о гегемонии пролетариата в буржуазнодемократической революции, о перерастании этой революции в социалистическую.

Троцкисты отрицали революционность крестьянских масс, способность пролетариата установить прочный союз с крестьянством, игнорировали буржуазнодемократические задачи первой русской революции и предлагали волюнтаристическую идею установления диктатуры пролетариата в результате буржуазнодемократической революции (их тезис — «без царя, а правительство рабочее» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 11, с. 263; т. 31, с. 249, 317)).

Перманентность революционного процесса, судьбу социалистической революции в каждой стране троцкисты связывали с победой мировой революции, а отсюда утверждали, что без государственной поддержки европейского пролетариата рабочий класс России не сможет удержаться у власти. В. И. Ленин указал, что теория Троцкого на деле помогает тем «либеральным рабочим политикам России, которые под отрицанием роли крестьянства понимают нежелание поднимать крестьян на революцию!» (там же, т. 27, с. 81).

Троцкизм не имел серьёзного влияния в российском рабочем движении. Немногочисленные сторонники троцкизма (российские интеллигенты-эмигранты, утратившие связи с пролетарским движением) пытались нажить себе политический капитал на разногласиях между главными течениями в РСДРП — большевизмом и меньшевизмом.

Ленин писал:

«Троцкий был ярым искровцем в 1901—1903 годах. В конце 1903 года Троцкий — ярый меньшевик, то есть от искровцев перебежавший к экономистам. В 1904—1905 году он отходит от меньшевиков и занимает колеблющееся положение, то сотрудничая с Мартыновым (экономистом), то провозглашая несуразно левую перманентную революцию» (там же, т. 25, с. 205).

В годы реакции 1907—10 троцкизм являлся разновидностью ликвидаторства.

«Троцкий повёл себя, как подлейший карьерист и фракционер, — писал Ленин в 1909. — Болтает о партии, а ведёт себя хуже всех прочих фракционеров» (там же, т. 47, с. 188).

В 1912 троцкисты, выступая в роли «объединителей партии», организовали Августовский антипартийный блок, объединивший всех оппортунистов, исключённых из рядов партии на Шестой (Пражской) Всероссийской конференции РСДРП. В годы Первой мировой войны 1914—1918 гг. троцкизм был составной частью международного центризма — течения внутри международной социал-демократии, которое колебалось между социал-шовинизмом и мелкобуржуазным пацифизмом.

Троцкисты выступали против ленинского вывода о возможности в эпоху империализма победы пролетарской революции первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой стране. В противоположность ленинскому лозунгу превращения империалистической войны в гражданскую, Троцкий выдвинул лозунг «ни побед, ни поражений», а это означало, что всё остаётся по старому, сохраняется, следовательно, и царизм.

Ленин писал:

«Кто стоит за лозунг ни побед, ни поражений, тот сознательный или бессознательный шовинист, тот в лучшем случае примирительный мелкий буржуа, но во всяком случае враг пролетарской политики, сторонник теперешних правительств, теперешних господствующих классов» (там же, т. 26, с. 290).

Ленин вскрыл социальные корни троцкизма, вред его политической платформы и практических действий. Усилиями большевиков был разгромлен Августовский антипартийный блок, они вели упорную борьбу с троцкизмом в годы Первой мировой войны.

После Февральской революции 1917 троцкисты, как и в 1905, смешивая два этапа российской революции, игнорировали её буржуазнодемократический этап, требовали немедленного создания «чисто рабочего правительства», ведущую роль в котором отдавали соглашательским партиям. Они продолжали проповедовать идеи объединения большевиков с оппортунистами под эгидой троцкизма, пытались превратить группу так называемых «вне фракционных» социал-демократов — «межрайонцев» в костяк, вокруг которого могла бы сложиться объединённая социал-демократическая партия центристского толка.

В ходе развития революции «межрайонцы» сделали заявление о согласии с линией большевиков и на VI съезде РСДРП (б) были приняты в её ряды. Но троцкисты, войдя в партию в составе «межрайонцев», остались на своих прежних идейных позициях и продолжали борьбу с ленинизмом. Уже в период подготовки Октябрьской революции 1917 троцкисты отвергали возможность её победы, выступали против курса партии на вооружённое восстание.

После Великой Октябрьской социалистической революции троцкисты стали утверждать, что её победа будет недолговечной, что Советская власть неминуемо погибнет, если в ближайшее время не произойдут социалистические революции в др. европейских странах и Советская республика не получит «прямой государственной помощи» со стороны пролетариата Запада. В первое десятилетие Советской власти троцкизм являлся главной опасностью внутри ВКП (б), поскольку он сеял в рядах рабочего класса и его партии неверие в силу социалистической революции, в дело социалистического преобразования Советской страны. Троцкисты выступали против Брестского мира 1918, сорвав его своевременное заключение и поставив неокрепшую ещё Советскую республику под удар германского империализма. В результате такого поведения троцкистов Советское правительство вынуждено было подписать мир на более тяжёлых условиях. Троцкисты видели смысл существования Советской власти в «подталкивании» всеми средствами, в том числе и военными, мировой пролетарской революции.

Это означало «полный разрыв с марксизмом, который всегда отрицал „подталкивание“ революций, развивающихся по мере назревания остроты классовых противоречий, порождающих революции» (Ленин В. И., там же, т. 35, с. 403).

Тезис о «подталкивании» мировой революции с помощью войны является характерной чертой и современного троцкизма.

После окончания Гражданской войны 1918—1920 в обстановке трудностей восстановительного периода троцкизма формируется как мелкобуржуазный уклон в РКП (б).

Троцкисты были инициаторами внутрипартийной борьбы во время дискуссии о профсоюзах 1920—21. Они создали фракцию со своей политической платформой (суть которой составляли требование огосударствления профсоюзов, превращения их в придаток государственного аппарата, принижение руководящей роли партии в социалистическом строительстве), пытаясь навязать партии метод военного режима в руководстве массами.

В 1923—24 завершается идеологическое оформление троцкизма как антипартийного течения, которое отражало настроения некоторых слоёв городской мелкой буржуазии и части буржуазной интеллигенции, объективно служило интересам остатков капиталистических классов в стране.

Главным тезисом троцкизма было отрицание возможности построения социализма в СССР. Вслед за лидерами западной социал-демократии троцкисты утверждали, что вследствие техникоэкономической отсталости страны, в условиях капиталистического окружения рабочему классу СССР не удастся упрочить свою власть и построить социалистическое общество. Ленинскому учению о диктатуре пролетариата как особой классовой форме союза рабочего класса с крестьянством троцкизма противопоставлял тезис о «враждебности» крестьянства делу строительства социализма.

Троцкисты объявляли социальноэкономический строй в СССР госкапитализмом, новую экономическую политику трактовали только как отступление в сторону капитализма, считали строительство социализма в одной стране признаком национальной ограниченности, отходом от принципов пролетарского интернационализма, продолжали навязывать партии авантюристическую тактику «подталкивания» мировой революции.

В 1922 троцкисты утверждали, что, отстояв себя в политическом и военном смысле как государство, Советская республика к созданию социалистического общества не подошла, что подлинный подъём социалистического хозяйства в Советской России станет возможным только после победы пролетариата в важнейших странах Европы. А чтобы «продержаться» до этого момента и подготовить страну к «революционной войне», троцкисты в восстановительный период выдвинули предложение о «диктатуре промышленности» для увеличения военного потенциала СССР; при переходе к реконструкции народного хозяйства — о «сверхиндустриализации», которую считали нужным провести за счёт крестьянства, называя его «колонией промышленности» (повышение цен на промышленные товары и снижение — на сельскохозяйственные продукты, повышение налога на крестьянские хозяйства, изъятие денежных средств из деревни и т. п.), что грозило разрывом союза рабочего класса с крестьянством и гибелью Советской власти.

В реконструктивный период, в противовес генеральной линии партии на высокие темпы социалистической индустриализации, троцкисты выдвинули теорию «потухающей кривой», рассчитанную на оправдание и закрепление экономической отсталости страны.

Высокие темпы экономического развития объявлялись допустимыми только в восстановительный период, после завершения которого темпы экономического развития страны должны якобы резко снижаться из года в год. Троцкисты считали, что до победы мировой революции СССР не сможет собственными силами побороть экономическую отсталость, что экономика страны обречена быть придатком мирового капиталистического хозяйства. Отсюда в платформе троцкизма были откровенно капитулянтские предложения об отмене активного внешнеторгового баланса СССР и проведении «широкой товарной интервенции», то есть усиленного ввоза из-за границы промышленных товаров, что открыло бы дорогу в СССР иностранному капиталу.

В дискуссии 1923—24 троцкисты предприняли попытку ревизовать организационные принципы партии, под видом «защиты» внутрипартийной демократии требовали свободы фракций и группировок в партии, ослабления партийного руководства государственным аппаратом и хозяйственным строительством. Они пытались нарушить взаимоотношения между партией и молодёжью, призывали молодёжь выражать сомнение в правильности политики партии, противопоставляли молодых членов партии старому большевистскому ядру, стремясь вызвать раскол партии.

В опубликованной осенью 1924 статье «Уроки Октября» Троцкий, извратив историю большевизма, пытался подменить ленинизм троцкизмом. Лидеры троцкизма стремились любыми путями устранить неугодное им руководство в ЦК партии, захватить ЦК в свои руки. Предрекая неизбежное поражение СССР в грядущей войне, они собирались использовать это поражение для свержения существующей власти. Объективно политическая и экономическая линия троцкизма вела к реставрации капитализма в СССР. В 1926 на платформе троцкизма объединились все оппортунистические группы в ВКП (б) (группа «демократического централизма», «рабочая оппозиция», «новая оппозиция» и др.), образовав троцкистскозиновьевские антипартийный блок.

Дискуссия конца 1924—начала 1925 нашла отражение в Коммунистическом Интернационале; троцкистские группы возникли в ряде зарубежных компартий (Германия, Франция, США, Чехословакия и др.)

Ленин и партия постоянно разоблачали капитулянтскую сущность взглядов и практической платформы троцкизма. Развязанные троцкистами дискуссии неизменно кончались их поражением. Троцкизм осуждался на VII, X, XIII, XIV съездах партии, на 13, 14, 15-й партийных конференциях, на ряде пленумов ЦК и ЦКК партии. Определяя идейную сущность троцкизма и его платформы, Тринадцатая конференция РКП (б) в 1924 подчеркнула, что это не только попытка ревизии большевизма, не только прямой отход от ленинизма, но и явно выраженный мелкобуржуазный уклон.

Пятнадцатая конференция ВКП (б) в 1926, характеризуя взгляды троцкистов в вопросе о перспективах социалистической революции, указала, что они являются прямым приближением к взглядам лидеров западной социал-демократических партий, отрицавших возможность победы социализма в СССР, и в связи с этим квалифицировала троцкизм как социал-демократический уклон в ВКП (б). Большое значение в идейном разгроме троцкизма имели выступления на партийных съездах и конференциях, на пленумах ЦК ВКП (б) и Исполкома Коминтерна Генерального секретаря ЦК И. В. Сталина, а также его работы («Троцкизм или ленинизм?», «Октябрьская революция и тактика русских коммунистов», «О социал-демократическом уклоне в нашей партии» и др.).

Троцкисты всё больше скатывались на антисоветские позиции. Пятнадцатый съезд ВКП (б) в 1927 указал, что оппозиция окончательно идейно разорвала с марксизмом-ленинизмом, переродилась в меньшевистскую группу и стала на путь капитуляции перед силами международной и внутренней буржуазии; признал принадлежность к троцкизму несовместимой с пребыванием в партии.

Завершая идейный и организационный разгром троцкизма, съезд одобрил решение ЦК и ВКП (б) от 14 ноября 1927 об исключении из партии Троцкого и Зиновьева, а также исключил из партии активных троцкистов. С 1928 троцкизм перестал существовать как политическое течение в ВКП (б).

Шестнадцатый съезд ВКП (б) в 1930 констатировал, что троцкизм целиком скатился на контрреволюционно меньшевистские позиции; предостерёг против примиренчества к нему.

Разгром троцкизма в рядах ВКП (б) сопровождался изгнанием троцкистов из др. компартий, 9-й пленум ИККИ (1928) указал, что принадлежность к троцкизму несовместима с принадлежностью к Коминтерну; это решение было закреплено 6-м конгрессом Коминтерна (1928).

После XV съезда ВКП (б) часть троцкистов продолжала борьбу против линии партии и Коминтерна.

Троцкий за антисоветскую деятельность в 1929 был выслан из СССР, в 1932 лишён советского гражданства. За границей он открыто изложил свои капитулянтские взгляды, выступив против 1-го пятилетнего плана, индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства; в 30-е гг. предрекал «неизбежное поражение» СССР в войне с фашистской Германией.

В годы Второй мировой войны 1939—1945 троцкисты выступили против создания антигитлеровской коалиции, отрицали освободительный, антифашистский характер войны с её стороны, считая войну империалистической с обеих сторон.

Так, с самого начала агрессии Германии во Франции, Троцкий сделал заявление, которое под названием «Мы не изменим своего курса» распространялось во Франции как листовка. Троцкий призвал французских рабочих считать поражение собственного правительства и оккупацию страны фашистами «меньшим злом»! Вооружённое сопротивление гитлеровским войскам троцкисты объявили «несовместимым с интернационализмом».

«IV Интернационал призывает вас к братанию с вашими германскими братьями», — писали они[1].

Такие призывы нельзя считать случайной ошибкой — троцкисты остались верны лозунгу «братания» с начала до конца войны во Франции.

Сторонники Троцкого не остановились и на этом. IV Интернационал уже в период оккупации призвал своих сторонников служить в коллаборационистских органах.

«Мы полагаем, — писали троцкисты, — что немцы будут оккупировать Европу долгие годы, и речь поэтому о нашем присутствии в единственных организациях, которые будут наделены властью».

Более того, троцкисты даже вступали в легионы французских «добровольцев», созданных фашистами для борьбы с движением Сопротивления. Эти люди, становясь полицаями и старостами, говорили, что собираются проводить «революционную политику»! Большего издевательства над революцией трудно себе представить.

Позицию немногих троцкистов, сочувствовавших борьбе с фашизмом, лидеры IV Интернационала клеймили, как «социал-патриотическое извращение…, несовместимое с программой и основной идеологией IV Интернационала»[2].

Фашисты отвечали любезностью на любезность. В условиях оккупации французские троцкистские организации, фактически с разрешения нацистов, проводили многочисленные собрания, съезды и даже конференцию европейских секций IV Интернационала.

Троцкистская литература выходила без всяких проблем. Единственным случаем «репрессий» против троцкистской прессы является арест в 1941 г. Жака Ру — издателя «Парижской революции». Жак был приговорен всего к 6 месяцам заключения, что было исключительно мягким наказанием для нацистского «правосудия».

Сотрудничество троцкистов с фашистами во Франции и Чехословакии не было чем-то новым — к тому времени оно уже имело давнюю традицию. Так, во время гражданской войны в Испании, где законно избранное правительство Народного фронта боролось с фашистским мятежом генерала Франко, троцкисты, сначала поддержавшие правительство, затем, в июле 1936 г., организовали в Барселоне вместе с анархистами против него восстание. Есть неопровержимые свидетельства, что и тогда троцкисты действовали в тесном контакте с фашистами. Немецкий посол в Испании Фаупель в те дни сообщал в Берлин, что восстание было поднято троцкистами по прямому указанию нацистских агентов. О том же свидетельствовал лидер немецкой антифашистской организации «Красная капелла» Харро Шульц-Бойзен.

В США троцкистские организации проявили себя тем, что призывали правительство не участвовать в войне на стороне СССР, сохранив «нейтралитет», а ещё в тех же США и Англии они пытались даже поднять забастовки на оборонных заводах с целью не допустить поставки оружия в СССР.

В сентябре 1938 на совещании троцкистских групп и стран было провозглашено создание так называемого «Интернационала 4-го», который никогда не представлял единого целого, а с 50-х гг. раскололся на враждующие между собой группы, оторванные от массового рабочего движения. С 60-х гг. троцкисты группируются вокруг нескольких центров — «Международного секретариат», «Международного комитета», «Марксистскореволюционная тенденция 4-го Интернационала», «Латиноамериканское бюро» и др. Несмотря на раздоры, эти «центры» едины в борьбе против мирового коммунистического движения.

Группы троцкистов существуют в ряде стран (Аргентина, Боливия, Бельгия, Великобритания, Италия, США, ФРГ, Франция, Япония и др.); делаются попытки модернизировать позиции троцкизма применительно к новым условиям.

Троцкисты, вынужденно признавая факты прогрессивных социальных преобразований в СССР и др. социалистических странах, не считают их социалистическими; выдвинули утверждение о «деформировавшихся рабочих государствах», с помощью которого пытаются дискредитировать исторически проверенные методы строительства социализма, поставить под сомнение возможность построения коммунизма в СССР.

Троцкисты отвергают принцип мирного сосуществования государств с различным социальным строем, клевещут на внешнюю политику стран социалистического содружества, продолжая утверждать, что война — необходимое средство устранения капитализма.

Троцкистское движение начало возрождаться в СССР ещё в конце 1980-х годов. Однако организационные формы оно обрело только в 1990 году. 18—19 августа 1990 года в Москве прошла Международная теоретическая конференция, посвящённая 50-летию убийства Льва Троцкого. В работе этой конференции помимо советских принимали активное участие также представители троцкистских организаций Англии, Венгрии и Югославии. На этой конференции был учрежден Организационный комитет за советскую секцию Четвёртого интернационала, лидером которого стал Алексей Гусев. В 1991 году Оргкомитет был преобразован в Социалистический рабочий союз (СРС), ставший секцией Рабочего интернационала за возрождение Четвёртого интернационала (Workers International to Rebuild the Fourth International).

По итогам проходившей московской конференции в Петербурге была учреждена организация «Революционные пролетарские ячейки», установившая связи с французской организацией «Рабочая борьба». В конце 1990 года в Москве был создан Комитет за рабочую демократию и международный социализм, ставший российской секцией Комитета за рабочий интернационал (КРИ). Кроме того, в Петербурге и Москве в 1990—1991 годах действовала группа сторонников Международной коммунистической лиги (Четвёртого интернационала) (International Communist League (Fourth Internationalist)).

В дальнейшем появлялись и другие организации, некоторые претерпели расколы, некоторые прекратили существование. К настоящему времени в России действуют следующие троцкистские организации:

Социалистическое движение «Вперёд», постоянный наблюдатель при Четвёртом интернационале;
Организация «Социалистическое сопротивление», секция Комитета за рабочий интернационал;
Революционная рабочая партия;
Марксистская группа «Рабочее Действие»;
Российская секция Международной марксистской тенденции;
Международная рабочая партия, секция Международной лиги трудящихся — Четвёртого интернационала.

Коммунисты крайне отрицательно относятся к троцкизму, считая его оппортунистическим течением, не имеющим сколько-нибудь серьёзного политического влияния (в отличии от пропагандистского), не способного ни в какой из периодов своего существования даже в самой слабой мере объединить многочисленные группки и фракции, на которые раздроблено, несмотря на очень ограниченное число сторонников, основное содержание деятельности (по сути дела, почти исключительно пропагандистской) которого сводилась и сводится к борьбе с СССР, его союзниками (даже после их крушения), международным коммунистическим и истинно революционным движением [3] [4], а иногда и по сути, прямой поддержкой империалистической политики (например, сторонники Аллана Вудса фактически поддержали интервенцию в Ливии как «революцию против диктатуры», «цветные революции» в бывшем СССР и Пакистане и пр.). При этом, по мнению коммунистов, действия троцкистов прикрываются псевдореволюционной и квазимарксистской фразой, что не мешает им часто объединяться с самыми реакционными силами. [5][6] Хо Ши Мин, один из самых видных деятелей мирового коммунистического и национально-освободительного движения, отзывался о троцкистах следующим образом[7]:

«В отношениях с троцкистами не может быть никаких компромиссов, никаких уступок. Мы должны сделать всё возможное, чтобы разоблачить их как агентов фашизма и политически уничтожить.»

В. И. Ленин «О ПРАВЕ НАЦИЙ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ»:

“…Польские марксисты считают “право на национальное самоопределение” совершенно лишённым политического содержания и подлежащим удалению из программы” (стр. 25).

Услужливый Троцкий опаснее врага! Ниоткуда, как из “частных разговоров” (т. е. попросту сплетен, которыми всегда живёт Троцкий), он не мог позаимствовать доказательств для зачисления “польских марксистов” вообще в сторонников каждой статьи Розы Люксембург. Троцкий выставил “польских марксистов” людьми без чести и совести, не умеющими даже уважать свои убеждения и программу своей партии. Услужливый Троцкий! 

Когда в 1903 году представители польских марксистов ушли из-за права на самоопределение со II съезда, тогда Троцкий мог сказать, что они считали это право лишённым содержания и подлежащим удалению из программы. 

Но после этого польские марксисты вошли в партию, имевшую такую программу, и ни разу не внесли предложения о пересмотре её*. 

Почему умолчал Троцкий об этих фактах перед читателями своего журнала? Только потому, что ему выгодно спекулировать на разжигании разногласий между польскими и русскими противниками ликвидаторства и обманывать русских рабочих по вопросу о программе. 

Никогда ещё, ни по одному серьёзному вопросу марксизма Троцкий не имел прочных мнений, всегда “пролезая в щель” тех или иных разногласий и перебегая от одной стороны к другой. В данный момент он находится в компании бундовцев и ликвидаторов. Ну, а эти господа с партией не церемонятся.»

Из книги Кириллова В. С., Свердлова А. Я. «Григорий Константинович Орджоникидзе (Серго). Биография», 7 глава:

«10 съезд сыграл выдающуюся роль в истории нашей партии, в истории Советского государства… Партии пришлось перед съездом вести суровую борьбу против различных антиленинских течений и групп, образовавших антипартийные фракции. Основная дискуссия развернулась, как известно, по вопросу о роли и месте профсоюзов в системе Советского государства, в хозяйственном строительстве. Однако дискуссия далеко вышла за рамки этого вопроса. Речь шла, по существу, не только и не столько о профсоюзах, сколько о судьбах пролетарской диктатуры, о путях и принципах советского и хозяйственного строительства, о самом существовании Советского государства. 

Одним из инициаторов дискуссии был Троцкий, выступивший в декабре 1920 года с насквозь ошибочными, глубоко антипартийными тезисами «О роли и задачах профсоюзов», ставшими платформой троцкистов в их борьбе против политики партии. 

Не менее ошибочную и вредную позицию заняла т. н. «рабочая оппозиция», возглавляемая Шляпниковым, Медведевым, Коллонтай. С «буферной» платформой, по существу перекликавшейся с платформой Троцкого, выступил Бухарин и его немногочисленные сторонники. Оживилась и выступила с очередными нападками на партию разбитая ещё на 9 съезде РКП(б) антипартийная группа т.н. «демократических централистов». 

Фракционный путь, на который встали противники ленинизма, необычайно обострил внутрипартийную борьбу.

Ленин писал: 

«Надо иметь мужество смотреть прямо в лицо горькой истине. Партия больна. Партию треплет лихорадка». 

10 съезд партии принял специальное постановление «О единстве партии», текст которого был написан В. И. Лениным. В постановлении со всей решительностью подчёркивался вред и недопустимость фракционности.

Борьба против антипартийных групп, течений и фракций сплотила партию… Сразу и безоговорочно, с первых дней дискуссии, Серго встал на ленинские позиции, беспощадно громил троцкистов, сторонников Бухарина, «рабочую оппозицию», «децистов»… Гневно обрушиваясь на троцкистов, Г. К. Орджоникидзе заявил:

«Троцкий своей системой, своим методом не только не добился единства в рабочем классе, но он этого единства не мог добиться даже в своём детище Цектране. Нечего говорить о партии, где он представляет ничтожное меньшинство.» «Я бы советовал троцкистам, — заявил Серго, — выбросить к чёрту всю свою платформу…».

Самым решительным образом выступал Серго и против «рабочей оппозиции», против Бухарина и «децистов». Он говорил, что Бухарин «столько путался в этих вопросах, что кроме путаницы ничего он не мог внести»… 10 съезд партии заочно избрал Григория Константиновича Орджоникидзе членом Центрального Комитета РКП(б)…»



Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.