Троцкины дети
17-01-2019

Троцкины дети

 

 

Есть такая международная биржа, где люди покупают и продают границы, земли и государства. Покупатель туда ходит — человек при капитале. Представитель державы. Он серьезный покупатель. Он по-настоящему хотел бы купить. Если надо выплатить продавцу кельке шоз (quelque chose), дать ему, там, скажем, деньги, посулить чины, ордена, портфели,— он вполне готов. 

Когда на этой бирже появился Троцкий с предложением товара, иные покупатели встрепенулись. 

— Вот это продавец! — обрадовался, например, господин Гесс. 
— Не продавец, а предавец,— поправил кто-то. 
— Нам такие и нужны,— деловито сказал помощник Гит­лера, и отношения завязались. 

Наверное, дело обстояло так. О чем надо — поговорили, о чем надо — договорились, все уточнили насчет Украины, насчет диверсий, и господин Рудольф Гесс сказал, вернувшись к себе в апартаменты: 
— Вынесите-ка этому молодчику на кухню стакан водки и закуску. 
Троцкий выпил водку, закусил и, сказав «Покорнейше благодарю», отправился восвояси. 

Все было сговорено и выговорено: и концессии, и роспуск колхозов, и ликвидация совхозов, и выдача военных тайн, и разрушение оборонных предприятий, в убийство руководителей партии и правительства, и восстановление капитализма, и расчленение Советского союза. 
И цена тоже была оговорена, какую должен был отслю­нить почтенный покупатель. Все было подготовлено к приемке товара. 

Жизнь и кровь красноармейцев, погибших и раненых под обломками крушений, организованных Серебряковым, Лившицем и Князевым, трупы кемеровских и горловских рабочих, павших от предательской руки Пятакова, Муралова, Ратайчака, Дробниса и прочей сволочи, секретнейшие планы работ оборонной промышленности, ядовитые гнезда террористических банд, иудины разговоры Сокольникова и Радека с господами Многоточие, — все это было только первыми взносами троцкистских выродков в счет договора с Гестапо я японским генеральным штабом. 

Уже мерещилось Иудушке-Троцкому в недалеком будущем наступление фашистов на Советский союз. Уже мерцали в отдалении теплые министерские местечки для главных компаньонов фирмы. Уже Троцкий и К° собирались рассчитаться с Советским Союзом, с его рабочим классом и колхозниками, с советской интеллигенцией, с вашей партией и ее руководством за все. За то, что строили и построили социалистическое общество, за то, что партия крепка как никогда, за то, что выпестовали великолепную, мощную, непобедимую Красную армию, за то, что партия и трудящиеся нашей великой родины не послушались советов троцкистской сволочи и отшвырнули их в болото, куда они тащили всю страну. 

О, они бы тогда отплатила стране за все! 

Генерал Франко удавился бы от зависти. Эго была бы первая в мире по цинизму и подлости фирма по распродаже родины, по предательству интересов сотен миллионов трудящихся. 

И вот перед японскими и германскими правителями лежат обесцененные, превратившиеся в клочки бумаги, обязательства Иудушки-Троцкого. Снова далеки от них и недосягаемы цветущие просторы Советской Украины, Приморья и Приамурья. 

И снова мы увидели в Москве, в Доме союзов, на скамье подсудимых, пайщиков, доверенных лиц и агентов омерзительной фирмы политических гангстеров, убийц и торговцев родиной «Троцкий и К°». Перед лицом пролетарского суда они раскрывали свои омерзительные коммерческие тайны. Они подводили с гаденькой дрожью в голосе чудовищное сальдо своих предательских операций. 

Мировая история богата потрясающими примерами под­лости, предательства, лицемерия и отвратительного цинизма. Они сопутствуют всей истории зксплоататорских классов. Но как ничтожны, как бледны классические фигуры профессионального ренегата Фуше и Азефа, Гапона и Носке, Чезаре Борджиа и Макиавелли по сравнению с теми, которые предстали 23 января перед пролетарским судом. Пройдут годы, десятилетия. Но зловещие, смрадные фигуры кровавого фашистского пса Троцкого и его сподручных молодцов будут оставаться непревзойденными образцами, квинтэссенцией предательства, измены, коварства и цинизма. 

Бандитская фирма Иудушки-Троцкого теряет филиал за филиалом. Еще, наверное, бегают по прихожим фашистских контрразведок троцкистские выродки с предложением своих услуг. Еще будут, наверное, не раз пытаться уцелевшие пока агенты и комиссионеры Троцкого шпионить, совершать диверсии и готовить покушения на вождей нашей родины. Но сотни миллионов трудящихся: рабочих и академиков, колхозников и писателей, инженеров и красноармейцев — несокру­шимой, стальной стеной стоят на страже социализма, на страже нашей великой и могучей родины и наших вождей. 

И сколько бы ни старались троцкины дети и как бы им в этом ни помогали Гестапо, японские генштабисты и все темные силы капиталистического мира, они расшибут себе лбы об эту несокрушимую стену. 

В годы великой социалистической стройки, в канун великих мировых потрясений, у преддверья войн, которые готовит нам уходящий мир капиталистического насилия, есть у нас одно слово, которое наполнено новым, торжественным и священным смыслом. Слово это — Родина. Нет у нас в стране ни одного честного человека, сердце которого не би­лось бы радостно и гордо, когда он слышит или произносит это слово. Нет в стране ни одного трудящегося, который не отдаст свою кровь и жизнь за свою социалистическую роди­ну и любимейшего из любимых наших вождей — великого машиниста локомотива революции Иосифа Сталина. 

И только они, эти растленные компаньоны Троцкого, они, чья имена противно повторять, сделали из родины предмет торга и продавали ее заклятым врагам. 

Их гнусный лай из помойной ямы истории уже переходит в предсмертное хрипенье. 

 

«Крокодил» №2 за 1937 г.

 



Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.