Коммунизм — неудачный эксперимент?
15-12-2018

Коммунизм — неудачный эксперимент?

Коммунистический опыт нашей страны сегодня намеренно представляется как неудачный эксперимент, затеянный смутьянами. Буржуазная интеллигенция ежедневно в тысячах форм и тысячью способов вбивает в голову населению, что буржуазно-демократическая республика и монополистический капитализм — это высшая форма развития общества, конец истории. Всё внимание общественности акцентируется, во-первых, на лицах, обличённых властью, во-вторых, на реформах — некоем бесконечном процессе улучшения «системы», в-третьих, на конкурентной борьбе господствующих классов разных стран, борьбе стран, таким образом, которыми они управляют, представляемой в совершенно мистическом виде столкновения цивилизаций, ценностей, исторических судеб и тому подобном. Эфирное время теле- и радиоканалов, полосы газет и журналов, терабайты вэба буквально забиты хламом обсуждения малозначительных с исторической точки зрения вопросов, завалены грудой противоречивых ошибочных мнений. Если подвести под этим нескончаемым потоком информации черту с точки зрения его реального значения, с точки зрения вопроса кому и чем выгодна сложившееся ситуация, то не останется сомнений, что 1) задачей разноголосицы служит укоренение антинаучного мнения о непознаваемости общества; 2) следовательно, о господстве плюрализма, то есть культа мнений, а не осознания необходимости достижения объективной истины по каждому конкретному вопросу; 3) выгоду извлекает господствующий класс, который, таким образом насаждая невежество, пассивность и, в конечном счёте, пессимизм, дезорганизует пролетарское движение. При этом следует понимать, что при нынешнем уровне образованности — это единственный способ идеологически обслуживать господство рыночных отношений и, собственно, господство капиталистов.

Многие помнят, что при Советской власти информационное пространство выстраивалось, во-первых, по сути партией как направляющей силой, во-вторых, по принципу «генеральной линии». То есть партийное руководство давало руководящие идеи, объявляло руководящий взгляд на действительность, а на его основе разворачивалась вся государственная и общественная деятельность — просвещение, пропаганда, информирование, литература, кино и так далее. Проблема КПСС после смерти Сталина была в том, что её руководство было не в силах выработать научную, то есть строго отвечающую объективной реальности и законам развития общества, «генеральную линию». Поэтому, в том числе, информационно-идеологический вектор советского общества массами по сути не усваивался, царил формализм и казёнщина, с одной стороны, и пренебрежительное и безынтересное отношение, с другой стороны. Однако, уступив место капиталистической «свободе мнений» теперь и он представляется не таким уж убогим.

В перестройку населению внушили миф о том, что газеты СССР только и делали, что врали. Многие поверили на слово демократам. Теперь же, когда выяснилось даже для самых поверхностных людей, что вся «перестроечная правда» в полном объёме оказалась самой крупной геббельсовщиной в истории, а советские мещане – самыми выдающимися лопухами, восстановить прежнее честное имя советских средств массовой информации и пропаганды как-то «позабылось». А ведь советские газеты в целом давали правдивую картину действительности, были вполне себе объективными даже и в постсталинский период. Их можно бранить за политические вопросы, которые оппортунистически всецело определяла верхушка КПСС, можно бранить за топорность обличения империализма, можно бранить за примитивность и халтурничество в докладах о советской жизни, но они писали правду.

Отличие информационного пространства СССР и информационного пространства РФ с точки зрения полноты информированности населения в пользу последней может быть только в вопросе совершенно безумного культа изображения насилия, разорванных в клочья трупов, смакования трагедий, похождений «звёзд» и «воров в законе».

Нет сомнений, что окружающий мир познаваем, в том числе и само общество, а значит, по поводу объективной истины не может быть противоположных мнений. Таким образом, задача продуктивного функционирования общественного сознания состоит в проникновении познания в социальные процессы с целью их научного регулирования. Ясно, что та модель, которая применялась в СССР, является средством к осуществлению данной цели. Некоторые возразят, что притязание на единственную истину им напоминает церковный диктат. Может и так, но притязания на разноголосицу дурацких мнений, плюрализм и агностицизм смахивают на шизофрению. Поэтому неудивительно, что после реставрации капитализма в СССР медицинская статистика докладывает, что кратно увеличилось количество шизофреников на соответствующей территории. И не последнюю роль в этом сыграли политические ток-шоу, в которых взрослые мужики кудахчут как базарные бабы.

Более того, буржуазная свобода слова, воплощённая в современных информационных потоках, позволяет насаждать в зависимости от ситуации в интересах господствующего класса две основные идеологические концепции, которые обеспечивают духовное порабощение и прививание алогичного мышления — религиозную (включая всю мистику) и националистическую. Таким образом, культивирование демократии является методологическим подспорьем для разворачивания религиозного и националистического дурмана.

В менее цивилизованных странах, где образование населения всё ещё находится на крайне низком уровне, господствующие классы по средневековым лекалам используют религиозный фундаментализм в качестве основного средства духовного закабаления, отбрасывая прочь всякую демократию. Сравнение данных типов идейного господства показывает, что идеи демократии, появившиеся ещё в античности, при росте общей грамотности населения, послужили универсальным прикрытием классового господства и порабощения. Оказалось, что обывателям не нужна никакая истина, дай только подрать глотки вдоволь и мимолётное право выбора властвующих особ.

Маркс предупреждал, что невежество — демоническая сила, опыт демократических стран ежедневно иллюстрирует данную истину.

Практика СССР показала, что ликвидация общей безграмотности, укоренение общей начитанности и культурности, распространение естественнонаучной, математической и инженерной дипломированности не избавило советское общество от реставрации капитализма. Даже более — сегодня потрясает, с какой лёгкостью геростраты обманули не то, что советский народ, а даже членов КПСС! Какие незатейливые, тупоумные лозунги они выдвигали… Как легко сыграли на самых низменных инстинктах масс… Стало быть, решающий фактор реакции — это невежество в общественном сознании в целом и у руководящих элементов общества в частности по поводу объективных законов прогресса.

Без сомнений, массовое невежество — это классообразующий фактор.

На «благодатной» почве обществоведческого невежества сегодня и произрастает уверенность в вечности капитализма, в неизбежности основных постулатов «цивилизованности» — частной собственности, рыночных отношений и денег.

Население Боливии, Западной Бенгалии, Венесуэлы, Лаоса, Непала, Вьетнама, Ва, Китая, Кубы, КНДР — ещё недавно избавившееся от колониального геноцида — предпочло существенное ограничение капитализма, а в отельных случаях и переход на первую фазу коммунизма. Мировые антикапиталистические силы охватывают до трети населения планеты, однако не способны разбить мировую олигархию в основном потому, что не имеют безупречной научной модели строительства именно коммунизма. Различные «народные президенты» играют в буржуазную демократию и увлечены перераспределением национальных богатств.

Буржуазные СМИ в значительной степени искажают информацию об этих странах и замалчивают их успехи. Буржуазная интеллигенция делает вид, что антикапитализм и коммунизм не превратились во всемирную реальность, а, наоборот, с крушением СССР, коммунизм сошёл якобы на нет, а антикапиталистические режимы — это глупые популисты, власть которых должна рухнуть со дня на день. В то же самое время все серьёзные буржуазные политики тщательно учитывают именно наличие реально работающей альтернативы диктатуре капитала в лице, в первую очередь, КНДР, Кубы и КНР, отсюда риторика буржуазных партий, даже самых консервативных, всё левеет, а политика всё правеет.

Нельзя также отрицать, что популярность коммунизма в массах вызывает мимикрию мелкобуржуазных партий под марксистские с целью завлечения электората.

Так или иначе, но люди всё яснее сознают тупиковость капитализма, однако всё ещё попадаются на удочку буржуазных прохвостов, так как не владеют теоретическим пониманием коммунизма. Вернее, массам по-прежнему не представлена убедительная разработанная альтернатива со стороны авторитетной, крепкой, сплочённой партии большевистского кроя.

Вдобавок к игнорированию успехов стран коммунистической, полукоммунистической и антикапиталистической ориентации, современные буржуазные интеллигенты, экономические теоретики тужатся, чтобы объяснить на свой лад объективные предпосылки коммунизма, которые сформировались в недрах самого империализма.

Таким образом, человечество, как и раньше, стоит на изломе, несмотря на все заверения прессы, учёных и политиков. Более того, мировая капиталистическая система в результате появления коммунизма в СССР впала во всесторонний кризис мировой системы капитализма, охватывающим как экономику, так и политику, в основе которого лежали усиливающееся разложение мировой экономической системы капитализма и растущая экономическая мощь стран социалистического лагеря. Ясно, что сначала хрущёвцы разрушили единство социалистических стран, а затем их идейные потомки горбачёвцы – и все страны ОВД. Теперь единого социалистического лагеря нет, несмотря на быстро растущую экономическую мощь КНР. Поэтому в настоящее время общий кризис капитализма проявляется «исключительно» в экономическом, политическом и духовном разложении системы капитализма. И всякая рационализация капиталистического хозяйства неизбежно приводит к усилению кризисных явлений, к развалу какой-либо стабилизации.

Однако же с точки зрения буржуазной науки, которая всеми силами и средствами отрицает объективные законы развития общества, складывается парадоксальная ситуация. Крупные ресурсы брошены на максимальную оптимизацию каждого частного предприятия, частного производственного процесса, но при этом учёные решительно отказывают себе в стратегии оптимизации самой структуры общества. Экономисты готовы измерять и обсчитывать любую мелочь, но категорически отрицают всеобщие абсолютные объективные законы развития общества и на уровне «мировой науки» популяризируют мифы о всемогущем «разуме» рынка. Поэтому же те изменения в обществе, которые являются предпосылками большого коммунистического переворота, вынуждают буржуазных учёных лепить всё новые теории «постиндустриального общества», «воображаемых миров», «общества знания» и подобных.

Некоторую выручку современным буржуазным теоретикам оказывает тот факт, что после ревизии большевизма распространённость теории и практики коммунизма происходит в строгом соответствии с законами распространения капиталистических производственных отношений. Там, где трудящиеся не организованы в политическую партию и не вооружены коммунистической теорией, буржуазия своей политикой объективно пробуждает интерес к справедливости и коммунизму. Таким образом, складывается внешнее впечатление, что коммунизм является некой реакцией необразованного плебса.

 

РОСТ ОБЪЕКТИВНОГО ПОТЕНЦИАЛА РАБОЧЕГО КЛАССА

 



Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.