О боевом духе ИГИЛ
20-01-2017
Иван Шевцов

Часто встречаются суждения от русских националистов о том, что ИГИЛ имеет военные успехи из-за того, что её бойцы испытывают презрение к смерти — дескать, с такими воевать невозможно, они не боятся. Но, спрашивается, а что, войска мусульманских эмиров в 11-12 веках были менее мусульманами, меньше верили в загробную жизнь, что их относительно легко побеждал европейский крестоносный сброд, хреново организованный и хоеново вооруженный? Или нынешним игиловцам Коран что-то больше пообещал в загробной жизни, чем мюридам Шамиля или Энвер-паши, которых гоняли ссаными тряпками по горам презренные гяуры?

 

 


Нет, не в боевом духе дело.

Дело а) в организации военных действий
б) в массовой поддержке.

А) Очевидно, что против ИГИЛ воюет плохо организованная коалиция из совершенно разнородных элементов, которые если напрямую не воюют между собой, то по крайней мере, на грани этого. Единого и твердого руководства нет, грызня, торговля и та самая неиллюзорная зрада процветают.

Б) ИГИЛ имеет явную массовую поддержку в низах арабского и мусульманского мира. Для этих низов ИГИЛ — это некоторый шанс в абсолютно кастовом мире государств третьего мира, если не продвинуться вверх, то законсервировать собственное разорение и пролетаризацию.

Арабский, африканский, малайзийский крестьянин в условиях неоколониализма неуклонно и довольно-таки шустро разоряется. В СССР писали о разорении крестьянства в колониальных странах, но это были ещё цветочки по сравнению с неоколониальным этапом. Колониализм консервировал феодальные порядки до какой-то степени, поэтому местной буржуазии удавалось направлять протест против колониалистов, но в эпоху неоколониализма тот отдал дело пролетаризации крестьянства на откуп местной буржуазии, и осталось только два пути — либо социалистическая революция, либо назад, к соседской общине.

Буржуазия арабских стран успешно оседлала реакционного скакуна исламизма, который зовет назад к сельской идиллии. Именно поэтому, пока будет капитализм, будет и ИГИЛ. Именно потому в частности, что у гидры вырастают новые головы, борьба с ИГИЛ малоуспешна, а вовсе не потому, что обкурившись гаша, они прут на пулеметы с одними калашами и воплями «Аллах акбар». Как раз толпы смертников побеждать просто — смертник окоп полного профиля не роет, маскировкой брезгует, вооружен относительно примитивным оружием, наступает без арт- и бронеподдержки.

Националисты, в частности, русские, хватаются за идею воевать камикадзе потому, что для националистов их любимый «русский народ» — это просто пушечное мясо для реализации идей их хозяев о завоевании рынков для хозяйских капиталов. Потому что все русские националисты, вышедшие из армии, как полководцы — сущие бездарности, способные на зачистки, но неспособные воевать с сильным, хорошо вооруженным и организованным противником — возьмём Квачкова, Буданова, Аракчеева. Эти дорогу к пресловутому Индийскому океану сапожки помыть выложат трупами «истинно русских» идиотов званием ниже. Других способов поднять боеспособность они не знают.

Ведь каждый умный военный знает, что все победы куются в тылу. Если в тылу плановая экономика и общественная собственность, а не распил военного бюджета между корпорациями, то армию всегда будет чем вооружить, и нет надобности в шахидах. Если солдат защищает свою, общественную собственность, а не абрамовичей и дерипасок, если он от Родины получает не только повестки и квитанции «заплатите налоги», но и образование, медицину, право на труд и отдых, светлое будущее своих детей, то нет смысла рассказывать ему сказки про гурий, чтобы поднять в атаку — он и так пойдет защищать светлое будущее на этом, а не на том свете. Так как националисты общественную собственность возвращать не хотят, то вполне логично, что им кажется очень удачной стратегической идеей накачать каждого человечка религией и водкой и положить с гранатами под танк.

20 января 2017


Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.